Завуалированная взятка

Коррупция в образовательных учреждениях

Уголовный закон России четко определяет, за какие именно действия предоставляется взятка (ст. 290 УК). Речь в первую очередь идет о том, что должностное лицо, занимая определенную должность и используя исключительно свою компетенцию, совершает некие действия в пользу взяткодателя или представляемых им лиц.

То есть, говоря о взяточничестве как о коррупционной криминальной сделке, мы обращаем внимание на обусловленность действий взяткодателя и взяткополучателя и указываем именно на то, что при взяточничестве должна быть связь между вознаграждением и принятым решением.

Порой сделать это весьма непросто, и не потому, что не хватает доказательств, а потому, что такую связь необходимо подвергнуть всесторонней оценке как со стороны того лица, которое вручало вознаграждение, так и со стороны того, которое такое вознаграждение принимало. По крайней мере, такая связь должна быть очевидной для обеих сторон. Чаще всего подобные ситуации подпадают под такое понятие, как завуалированная взятка, когда маскируются противоправные действия сторон и выдаются за правомерную деятельность.

Безусловно, взятка может передаваться и приниматься в завуалированной форме — под видом законной сделки, оплаты товаров по заниженной цене, безосновательного начисления и выплаты заработной платы или премий, неэквивалентной оплаты услуг различного характера (консультации, экспертизы и т.д.), завышения гонораров за прочитанные лекции, написанные книги, преднамеренного проигрыша в карты и т.д.

Однако, установив такую взятку (что именно такая взятка была передана в завуалированной форме), правоприменительные органы должны определенно указать и привести конкретные доказательства, на основании которых можно прийти к выводу, что материальные ценности или выгоды имущественного характера были переданы или предоставлены должностному лицу в качестве взятки и что этот факт осознавали субъекты дачи и получения взятки.

Более того, если должностное лицо одновременно выполняло служебные (должностные) и профессиональные функции, то для признания вознаграждения взяткой необходимо установить, что вознаграждение (взятка) передавалось за осуществление именно служебных (должностных) функций (обязанностей), а не за совершение каких-либо иных действий.

Приведем конкретный пример. Так, Р., работая в должности преподавателя технологического колледжа, обвинялась в получении взяток от студентов (учащихся). Все эпизоды можно свести к следующей типичной ситуации.

Как указывали органы предварительного следствия, Р., руководствуясь единым умыслом, являясь должностным лицом, в нарушение установленного порядка приема защиты курсовых работ, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью получения взятки, по ранее достигнутой договоренности, самостоятельно написала Д. курсовую работу по дисциплине «Экономика организации» на определенную тему, выполнив ее с типичными недостатками и недочетами, не соответствующую предъявляемым требованиям.

После этого, продолжая свои преступные намерения, получила от учащегося Д. денежные средства в размере 30 долларов США за благоприятное решение вопроса, входящего в ее компетенцию, и выполнение в интересах дающего взятку действий, которые она должна была и могла совершить с использованием своих служебных полномочий, а именно за успешную защиту Д. указанной курсовой работы и получение положительной оценки за ее защиту без осуществления защиты им курсовой работы, игнорируя порядок приема защиты курсовых работ, внесла в ведомость отметок по курсовому проекту, зачетную книжку положительную оценку — «восемь», тем самым обеспечила для него успешное выполнение требований учебного плана за текущий курс и возможность допуска к экзамену по указанной дисциплине.

Вопрос здесь состоит в том, была ли это взятка, или же передача денежных средств осуществлялась за оказанную услугу преподавателем — написание курсовой работы студенту (учащемуся). Вполне понятно, что написание курсовой работы за студента не входит ни в должностные, ни в профессиональные обязанности преподавателя. Это не является его компетенцией.

Здесь можно сказать, что такой преподаватель оказывает возмездную услугу (фактически занимается предпринимательской деятельностью) и получает за это вознаграждение. При этом надо заметить, что курсовая работа реально написана преподавателем и для ее написания педагог просил учащихся предоставить прежние курсовые работы, так как в них содержались расчетные данные по предыдущим курсовым темам и без них невозможно было написать следующую курсовую работу. Этот факт подтвержден и не оспаривается. Плата за оказанную услугу была вполне эквивалентна конечному результату.

Конечно, если бы этот преподаватель сам не принимал впоследствии эту же курсовую работу, то вопрос о получении взятки не стоял бы, поскольку преподаватель не использовал бы никаких должностных (служебных) полномочий по принятию курсовой работы у учащегося. То есть объективной связи между действием и дальнейшим последствием — нет. Как видно, в нашем случае ситуация осложняется именно тем обстоятельством, что преподаватель оказывает услугу по написанию курсовой работы и в дальнейшем принимает курсовую работу у учащегося, которому оказывал услугу. Поэтому и можно говорить, что имела место завуалированная взятка.

Если считать, что плата за написание курсовой работы была прикрытием получения взятки, то таким образом в завуалированной форме происходила передача взятки за благоприятное решение вопроса в интересах лица, ее передавшего, — успешную защиту курсовой работы. Но можно и по-иному интерпретировать этот факт: передача денег происходила не за успешную защиту курсовой работы, а за оказанную услугу — написание курсового проекта. Именно за ту работу, которая выполнялась преподавателем в интересах студента (учащегося). То есть именно за оказанную услугу, а не за успешную защиту курсовой работы, потому как написание курсовой работы — это один процесс, а ее защита — другой. Соответственно, можно написать курсовую работу, но не защитить ее.

Надо сказать, что в правовой литературе есть немногочисленные суждения по этому вопросу, и они сводятся к тому, что если «преподаватель выполняет за вознаграждение в принципе полезную по своей сути работу (консультационную, методическую, информационную, аналитическую и иную) или, во всяком случае, работу, не признанную причинившей вред правоохраняемым интересам, но — дополнительную, то есть сверх той, которая определена вузовской нормативной документацией, и сверх той, которая обычно делается преподавателем, то состав преступления отсутствует. Хотя при этом сохраняются основания для упрека преподавателя в нарушении профессиональной этики».

Контраргумент приведенной точке зрения может заключаться в том, что преподаватель пишет работу за студента и тем самым прикрывает его незнание, ставя впоследствии положительную оценку за защиту курсовой работы. Написание такой курсовой работы преподавателем заведомо для обеих сторон не создает «продукт».

Следует добавить, что такой «продукт» не создается и тогда, когда преподаватель знает, что за студента кто-то другой написал курсовую работу («работа выполнена на заказ»), но предпочитает закрыть глаза на этот факт; ситуация не изменится и тогда, когда студент списал на экзамене, а преподаватель также сделал вид, что не заметил этого. Но, в отличие от обсуждаемого нами примера, преподаватель в этом случае не принимал никаких материальных ценностей, а ставил отметку студенту «бесплатно».

Встречаются случаи, когда преподаватели перед экзаменом или зачетом предлагают покупать студентам различные книги, учебники, конспекты лекций и т.д. у самого преподавателя. Естественно, что делают они это ненавязчиво, обычно добавляя, что «книга поможет вам сдать экзамен (зачет)». Каким образом поможет — никто не уточняет: поможет именно получить нужную оценку или лучше подготовиться к зачету или экзамену?

В этом случае совершается обоюдовыгодная сделка, но служит ли она лишь прикрытием для того, чтобы получить взятку, — вопрос не праздный. И если такой преподаватель дополнительно не предпринимает никаких шагов к тому, чтобы понудить студента купить по адекватной цене книгу (например, им же и написанную), доказать факт взяточничества весьма сложно. Хотя все прекрасно понимают, что преподаватель этому студенту может поставить оценку выше на экзамене, но есть ли здесь связь: действительно ли факт приобретения книги послужил основанием для завышения оценки?

Представляется, что доказать такую завуалированную взятку очень сложно. Например, как отмечает профессор В. Малинин,

«если преподаватель предлагает приобрести действительно нужную книгу по адекватной цене, которая поможет студенту освоить дисциплину, подготовиться к зачету или экзамену, написать дипломную работу, то это нужно только приветствовать. Но это должна быть не «обязаловка».

Можно приводить и иного рода примеры, когда, например, нерадивые студенты, чувствуя, что будут «проблемы» на экзамене, просят преподавателя оказать им репетиторские услуги, чтобы «подтянуть» их и восполнить имеющиеся пробелы в знаниях (особенно по естественным наукам). На что рассчитано это действие: именно на то, что при сдаче экзамена преподаватель все-таки учтет факт оказания студенту репетиторских услуг? «Покупает» ли в этом случае студент преподавателя? Ведь преподаватель реально занимается с таким студентом и за это получает плату. Представим себе также, что преподаватель зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и на возмездной основе оказывает услуги по написанию курсовых и дипломных работ. Тогда получается, что студент платит исключительно за услугу, а защита курсовой по такой работе только предполагается.

Важно ли здесь именно то, как воспринимали стороны такой услуги факт передачи денежных средств? Естественно, что в этом случае ключевыми являются показания самого студента (поскольку преподаватель будет всегда заинтересован в даче определенных оправдывающих его показаний): деньги передавались исключительно за оказанную услугу (за проведение дополнительных занятий, за написание курсовой работы и др.) или же в расчете на будущее событие (прием экзамена или зачета). Получается, что если стороны такой «сделки» будут ссылаться на ее фактическую составляющую, то установить связь между фактом передачи денежных средств и будущим действием преподавателя в интересах студента весьма непросто.

Впрочем, не всегда этот признак является решающим. Например, по обсуждаемому нами делу староста группы, передававшая денежные средства преподавателю (Р.), сообщила буквально следующее: «Хочу уточнить, что я не уточнила у Р., входила ли в данную сумму, которую мы передали ей для написания курсовых работ, положительная оценка по экзамену. Она мне также ничего по поводу экзамена не говорила. Обсуждался только вопрос написания за деньги курсовых работ. Когда я собирала деньги и передавала ей, я понимала, что передаю деньги только за курсовую работу, которую она мне написала, никакой речи об экзамене не было, и я понимала, что экзамен придется сдавать, как сдают все студенты, и никаких поблажек не будет со стороны Р.».

Определяющим для вынесения обвинительного приговора по делу стало количество учащихся, передавших деньги Р. Оказалось, что это была вся группа. Вполне понятно, что здесь возникает и вопрос о возможности написания курсовых работ группе студентов надлежащим образом, соответствующего качества и в определенных временных рамках.

Таким образом, помимо восприятия самого факта передачи денежных средств и направленности таких действий со стороны студентов, учету подлежат и систематичность таких действий, и сроки оказываемых услуг, и качество выполненных работ.

Исходя из этого следует вполне резонный вопрос: можно ли утверждать, что если должностное лицо просят оказать услугу или выполнить работу во внерабочее время и не задействуя при этом должностных (служебных) полномочий (используя лишь свои профессиональные навыки или знания), но впоследствии результат этой работы или оказанной услуги будет оцениваться этим же должностным лицом, то в таком случае следует вести речь о даче/получении взятки? То есть в такой ситуации мы как бы всегда презюмируем, что, какая бы услуга ни была оказана, она является лишь завуалированной формой взяточничества.

Представим себе тогда и такую ситуацию: научный руководитель помогает студенту (аспиранту, соискателю) выполнить дипломную (диссертационную) работу, всю или какой-то раздел за плату, а потом сам, будучи членом ГЭК или состоя в совете по защите диссертаций, принимает решение и оценивает ее (вместе с другими членами комиссии или совета). Можно ли здесь априори вести речь о получении взятки? Ведь решение принимается этим научным руководителем не единолично.

Такая же ситуация связана и со случаем, когда государственный служащий консультирует (за вознаграждение) определенных лиц или помогает им готовить документы, вопросы по которым в дальнейшем будут разрешаться (приниматься решения) в государственной организации, в которой он работает. Безусловно, здесь важна компетенция этого должностного лица. Если должностное лицо просто готовит проекты документов (решений), но окончательное решение принимает вышестоящее должностное лицо или коллегиальный орган, то такое лицо не обладает властно-распорядительными полномочиями, поскольку фактически совершение определенных правоустанавливающих действий не входит в его компетенцию, а является компетенцией иного лица.

Сказанное может свидетельствовать о том, что оказание возмездной услуги должностным лицом вне процесса служебной деятельности такого должностного лица автоматически не указывает на то, что произошла передача взятки за благоприятное решение вопросов, входящих в компетенцию должностного лица. Например, должностное лицо во внерабочее время рисует картины и продает их. Если некто заказал у этого лица картину и оплатил ее по эквивалентной цене, а впоследствии это должностное лицо приняло решение в пользу этого человека, то означает ли это, что имела место завуалированная форма взятки? Представляется, что в этом случае должны быть дополнительные обстоятельства (критерии), совокупность которых свидетельствовала бы о даче/получении взятки. Установление указанных критериев (обстоятельств) позволит ответить на вопрос о предоставлении взятки в завуалированной форме.

Можно сделать следующие выводы:

а) оказание возмездной услуги (выполнение работы) должностным лицом вне процесса служебной деятельности такого должностного лица автоматически не может свидетельствовать о том, что произошла передача взятки за благоприятное решение вопросов, входящих в компетенцию должностного лица;

б) при оценке оказанной возмездной услуги или выполняемой работы на предмет выявления завуалированной формы взятки тщательному выяснению подлежат обстоятельства: соразмерность платы за оказанную услугу; используемые должностным лицом полномочия при оказании такой услуги или выполнении работы (должностные, профессиональные, иные); систематичность действий; качество выполняемой работы или оказанной услуги; направленность действий лиц на создание конечного продукта.

Конечно, некоторые подобные факты очень трудно доказать в единой плоскости коррупционных действий, но подобные обстоятельства можно сопоставить с аналогичными при тождественных ситуациях, происходящих в повседневной жизни, и при значительном их расхождении все это будет указывать на признаки завуалированной формы передачи взятки.

Предыдущая запись Задержали «верхушку» ГИБДД Ставрополья
Следующая запись Осужденный жалуется на отсутствие в СИЗО медпомощи

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика